Люди, которые делают красоту

 В современной концертной жизни музыканта каждый образец сценической одежды исполнителя, так или иначе, является отражением его творческого лица. Выбирая для себя стиль одежды, мы определяем круг эстетических, художественных и, возможно, даже социальных границ той исторической эпохи и того общественного слоя, к которому обращается художник-модельер и закройщик-технолог при создании стилизации сценического костюма, в частности сценического костюма  гусляра.

Изучая различные источники, исторические документы ясно следует, что гусельная музыка, повсеместно распространенная в России пользовалась успехом не только среди доминирующей части населения - крестьян, но и в других социальных слоях русского общества. Звучание гусельных струн радовало слух многих представителей дворянства и духовенства, кроме того, гусли были единственным инструментом, допущенным в личные покои Екатерины II. Все это требовало от гусляров высокого вкуса в выборе не только музыкальных произведений, но и концертной одежды, отвечающей стилю эпохи.

В XVIII в. образование единых форм европейского костюма, начавшееся еще в эпоху Возрождения, становится осо­бенно интенсивным. Этот процесс был свя­зан с почти полным исчезновением феодальной замкну­тости большинства европейских стран, развитием торговли между ними и становлением единой общеевро­пейской культуры.

 Европеизация русского дворянского костюма произошла благодаря введению европейских обычаев в жизнь дворянства, обучению русской молодежи за границей, начавшемуся культурному обмену с европейскими странами. Однако для ее внедрения в жизнь потребовались государственные указы, принуждающие силой, штрафами сменить старые формы одежды и обуви, прическу, косметику, а некоторые постановления четко регламентировали не только форму костюма, но и характер его отделки, цвет, ткань, украшения[1].

 Из целого ряда государственных указов, регламентирующих формы костюма, видно то большое значение, которое придавалось костюму как выразителю сословных, социальных и моральных идей класса в этот период. Только наиболее состоятельные дворяне могли выписывать из Парижа и Лондона или заказывать в иностранных мастерских готовые образцы модной одежды.

 Благодаря этому начал формироваться костюм горожан с использованием дорогих тканей, в котором сочетались  национальные  эстетические  особенности   с заморскими модными формами и деталями. Такая историческая тенденция нашла свое отражение в процессе создания концертного костюма гусляров, где наряду с элементами национальной специфики явно присутствуют высокосветские мотивы, что выражается в богатстве и, вместе с тем,  изысканности отделки, шитья, выборе материалов и т.д.

 В связи с этим мы встретились с Каляновой Валентиной Марковной –  человеком, который своим мастерством превращает самые смелые, нестандартные мысли художника, запечатленные в эскизах и набросках будущего костюма в его материальное (в буквальном смысле) воплощение, из рук которой гусляры получили не один костюм.

 

- Валентина Марковна, в начале нашего разговора хотелось бы услышать несколько слов о вашей творческой биографии.

 - Родилась в небольшом городке Коркино Челябинской области, когда училась в школе, учитель по труду заметила мои способности и пригласила меня в кружок мягкой игрушки, у меня неплохо получалось, работы отправлялись на выставку в Москву на ВДНХ. После школы пробовала поступить в институт на модельера в г.Кирове, но не удалось, подвело рисование, тогда пошла работать в ателье. А потом уже поступила в Московский политехнический институт им. Моссовета на факультет «технологии швейного производства». Окончив институт, случайно идя по улице, увидела объявление о приеме на работу в театральные мастерские и устроилась туда работать закройщиком. В то время там работали очень хорошие мастера в закройном цехе, и я почерпнула от них очень многое. Но закройщиков то много и в бытовых, и в театральных ателье, а хороших мастеров мало.

 Закройщиком, так же как и художником надо родиться, что это такой же талант, данный Богом, как и художественное образование. Ведь не каждый может рисовать, не каждый может петь, хотя у нас у всех есть задатки, но развиваются они не у всех. И мне повезло, что во мне увидели эту жилку, ведь найти себя в нашей жизни очень сложно, а я себя нашла. Я до сих пор работаю с душой, живу в своей работе, а это очень много значит. Не отбываешь наказание лишь бы заработать деньги, а ты живешь работой. Поэтому и получаются костюмы очень красивые, каждая вещь не похожа друг на друга, индивидуальна, она дышит, она живет тем, что в нее вкладываешь. Ведь только когда художник, закройщик, хороший портной вкладывает свою душу, вещь получается шедевром, также как картина, так же как музыкальное произведение.

 

- Технология создания сценического костюма и сама профессия закройщика-технолога многогранна и требует множества разнообразных знаний. Это умение работать с цветами, фактурой линией и формой, разбираться в тканях, технологии пошива, а также владеть знаниями по истории костюма. Существуют ли какие-то специфические принципы в выборе средств и материалов при создании костюмов гусляров?

 - Каждая эпоха создает свой собственный идеал красоты: от драпированных античных – до пышных, парадных фламандских и предельно лаконичных, «минимальных» форм костюма сегодняшнего дня. В принципе при подходе к каждому костюму существует подбор тканей, потому что в первую очередь смотришь, для чего этот костюм нужен, характер работы артиста на сцене, в каких условиях, для каких целей. Певице это одно, музыканту другое, а танцору третье и для гусляров конечно тоже. Костюмом мы показываем богатство, глубину русской музыки, русской песни. Потому что одно дело музыка, а другое дело в комплексе с красивым костюмом, это совсем по другому воспринимается.

 Надо сказать, что формы костюма всегда развивались параллельно с развитием общего стиля в искусстве и архитектуре определенной исторической эпохи, переживая вместе с ним все этапы эволюции: зарождение, рас­цвет и угасание, причем с момента «умирания» старой, уже изжившей себя костюмной формы, начинался про­цесс формирования новой.

 

- Постоянное стремление человека к новизне, к изменению всех форм проявления культуры, заставляло создателей одежды беспрерывно искать новые формы и конструкции. Как это проявлялось в женском костюме?

 - Конечно же, в покрое, манере ношения и дополнениях. Для женского костюма применялись дорогие привозные ткани с богатой отделкой: вышивкой (золотыми и серебряными нитями), драгоценными камнями, тончайшим кружевом, газом.

 

- Валентина Марковна, а есть какие-то отличительные черты в костюме того времени и сценическом костюме сегодняшних дней?

 - Раньше костюм применялся в повседневной жизни как «носибельный» (на каждый день), а сейчас у нас костюм применяется как сценический для выступлений, для показов. И поэтому конечно отличается покроем: здесь прежде всего следует не ограничивать  свободу движений у танцоров, для исполнителей, играющих сидя важно, чтобы красиво лежал подол платья, юбки, а для гусляра – необходимо обеспечить свободу рук при игре на инструменте как сидя, так и стоя. И те простейшие детали, что были раньше, немножечко уходят и применяются свои какие-то конструктивные линии,  конечно же, видоизмененные. Но в целом, когда смотришь на костюм этих линий не видно, они видны мне как конструктору-дизайнеру, а для артиста главное, чтобы было комфортно и удобно. Вообще в моей работе, как и в любом, наверное, другом деле мало иметь талант, нужна огромная практика и на сегодняшний день я могу сказать, что моя творческая жизнь удалась, и я от нее получаю очень большое удовольствие, думаю, что и люди окружающие меня и получающие костюмы тоже довольны.

 

 

Используемая литература: Н.М.Каминская «История костюма»

 

 

Лауреат Всероссийских и международных конкурсов

 Мария Беляева

 

 

 



[1] Так, в 1782 г. Екатерина II издала три указа. Первый из них — «Об уборе дам, имеющих приезд ко двору». В нем рекомендовалось соблюдать «более простоту и умеренность в образе одежды» и запрещалось отделывать платье золотым и серебряным шитьем или кружевом шире двух вершков (9 см) и носить головные уборы выше двух вершков. Во втором указе рекомендовалось дворянам (мужчинам и женщинам) являться в столицу и ко двору в платьях тех цветов, которые присвоены их губернии. Например, мундир дворянина Петербургской губернии представлен светло-синим кафтаном с черными бархатными отворотами, воротником и обшлагами; Московской губернии — красным кафтаном с темно-серой отделкой и т. д. В этой же цветовой гамме должны были решаться наряды их жен и дочерей. Третий указ — «О назначении, в какие праздники какое платье носить особам обоего пола, имеющим приезд ко двору» — разрешал носить в особо торжественных случаях одежду из золотой и серебряной парчи, в менее торжественных — из шелка и сукна. Все ткани должны быть русского производства.